«Картель изгоев»: сможет ли Россия создать альтернативу ОПЕК

14 сентября 2015, 15:30

Глава «Роснефти» Игорь Сечин неожиданно для многих на конференции FT Commodities в Сингапуре заявил, что Россию якобы приглашают в ОПЕК, но наша страна не видит смысла вступления в картель.

«Переговоры, которые проводятся между РФ и ОПЕК, достаточно позитивные, приводят к обмену мнениями. ОПЕК предлагала РФ стать членом организации», – заявил Игорь Сечин. По его словам, в странах ОПЕК добыча нефти – дело государственных компаний, «а российская нефтяная промышленность является частной, что нехарактерно для стран ОПЕК». Иными словами, у нас государство не сможет диктовать условно «частным» компаниям, одной из которых глава «Роснефти», по всей видимости, считает и свою компанию, квоты на добычу углеводородов. «Понятно, что свою шерсть нельзя путать с государственной. Поэтому Игорь Сечин и против вступления в ОПЕК, – иронизирует эксперт Института актуальной экономики Иван Антропов. – Но Россия могла бы вступить в ОПЕК, здесь нет особых препятствий, и польза, в принципе, очевидна». «Еще Советский Союз приглашали в ОПЕК, но уже тогда мы не согласились. Наслаждались положением, что мы одни и ни при чем, но пользовались преимуществом, что ОПЕК держала цены», – отмечает Валерий Баликоев, президент ООО «Инфра технологии» (компания занимается производством синтетической нефти). Это напоминает ситуацию в алмазной отрасли, где компания De Beers фактически выступает маркетмейкером, формируя цены на драгоценные камни, а Россия продает ей сырье по приемлемой для себя цене, и обеим сторонам эта ситуация выгодна. Именно поэтому нет смысла что-либо менять в существующей расстановке сил.

Блеф госменеджера

Но это лишь на первый взгляд. На самом деле хотя ОПЕК и устанавливает квоты на добычу нефти для стран-участников, но по факту их практически никто не соблюдает, говорит партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин. Кроме того, в октябре на мировой рынок после снятия санкций может выйти Иран, который готов продавать нефть хоть по $20 за баррель, невзирая на членство в ОПЕК. До введения санкций, начавшегося в середине 2000-х, его экспорт составлял порядка 2,5 млн баррелей нефти в сутки. Сейчас, по данным ОПЕК, Иран экспортирует 1,9 млн баррелей в сутки, в основном в страны Азиатского-Тихоокеанского региона. Но объемы экспорта могут быть достаточно быстро доведены до прежнего уровня, что грозит обрушить мировые цены до $25 за баррель. Это серьезный аргумент для России, чтобы попытаться взять ситуацию под свой контроль, а не быть сторонним наблюдателем, как раньше. «В ОПЕК Россию действительно ждут, однако, по последним сведениям, Россия, имея формальную позицию консолидации нефтедобывающих стран с целью влияния на нефтяные цены, на практике – так же, как и Саудовская Аравия – боится потерять свою рыночную долю, и по этой причине банально наращивает производство «черного золота», что идет вразрез с интересами картеля. Вопрос завис в воздухе – нет достаточного количества точек соприкосновения», – констатирует директор аналитического департамента ИК «Евроинвест» Владимир Рожанковский.

Тем более удивительны для членов ОПЕК, да и для российских экспертов дальнейшие слова Игоря Сечина, которые он произнес в том же выступлении: якобы Россия готова нарастить добычу в полтора раза. «Мы работаем на пределе возможностей по добыче, и его заявления – блеф. Увеличивать добычу, когда цены падают, – нелогично, почему это не было сделано, когда цены были на пике?» – недоумевает Валерий Баликоев. «Своими словами Сечин не поддерживает, а, напротив, обрушивает цены на нефть», – уверен Михаил Крутихин. Как пишет Bloomberg, одной из причин падения стоимости нефтяных фьючерсов 7 сентября на 4% стало высказывание президента «Роснефти» Игоря Сечина. «Заявления господина Сечина и вице-премьера Аркадия Дворковича, исключившего на прошлой неделе возможность искусственного снижения добычи нефти в России, по мнению издания, являются дополнительным сигналом того, что на мировом рынке сохранится избыток предложения нефти», – заявил старший сырьевой аналитик SEB AB Бьярн Шилдруп. Кроме того, Валерий Баликоев полагает, что, контролируя «трубу», Россия может непосредственным образом влиять на объемы поставок нефти на мировые рынки, это фактически то же самое, что и выставление квот ОПЕК. Ситуация очень похожа на ту, когда президент Владимир Путин предложил блоку НАТО включить в свой состав Россию, и, таким образом, терялся сам смысл существования Североатлантического альянса. Так же и с ОПЕК: если включить в состав картеля РФ, то организации нужно будет считаться с интересами нового участника, которые зачастую идут в разрез с интересами ближневосточных производителей нефти, не явно, но все-таки согласовывающих свою позицию с Вашингтоном. Весь этот клубок проблем и интересов можно было бы оставить в том состоянии, в котором он находится уже многие годы, если бы на рынок не выходил Иран, который хотя и является участником ОПЕК, но придерживаться квот после снятия эмбарго явно не намерен. С другой стороны, у Москвы очень хорошие отношения с Тегераном, и теоретически можно было бы договориться о создании новой организации наподобие ОПЕК, которая могла бы контролировать иранский экспорт, соотнося его в первую очередь с интересами России. Такой структурой могла бы стать, назовем ее условно «АнтиОПЕК».

Союз зависимых производителей

«Координационный орган по нефтяному вопросу – будь то совет или иная форма – необходим. С другой стороны, мы конкуренты, и если речь действительно пойдет о вступлении в ОПЕК, она будет преобразована, потому что в составе организации нет других крупных производителей нефти. По-видимому, необходимы расширение состава и некое преобразование», – говорит Иван Антропов. По его словам, в случае вступления России в ОПЕК может возникнуть множество противоречий, связанных, например, с тем, что в 1990-е, когда были низкие цены на нефть, ОПЕК пыталась проводить политику согласованного снижения выработки. Как ни удивительно, основным противником был ЮКОС. Почему? Бывший глава ЮКОСа Михаил Ходорковский настаивал на том, что СССР занимал в свое время большую долю рынка, а после распада Союза эту долю у нас отобрали, поэтому Россия не должна снижать объемы выработки, на это у нее есть моральное право. Тогда такая позиция воспринималась неоднозначно, хотя было совершенно очевидно, что в действительности никто ничего снижать не будет, а все эти разговоры – лишь словесные интервенции. При попытке образования «новой ОПЕК» неизбежно такого рода вопросы будут вставать. «Более того, сейчас может обостриться ситуация с Ираном, хотя вряд ли он способен выйти на рынок раньше октября. Более того, в регионе идет война, ситуация очень нестабильная. А это значит, что нужны деньги, надо продавать как можно больше нефти, чтобы заработать хоть что-то, – добавляет Иван Антропов. – Понятно, что для старых членов ОПЕК ситуация в этой связи ухудшится. При этом выход Ирана на рынок – ощутимая угроза для России, поскольку основным игрокам ОПЕК есть куда падать. Себестоимость производства на юге в районе $3–5, в России же себестоимость добычи в разы выше».

«Неопековская «община» крайне разрознена. У России есть возможности согласовывать ключевые параметры добычи со своими ближайшими нефтеносными соседями – Казахстаном и Азербайджаном – в силу довольно плотных и дружественных отношений лидеров вышеупомянутых государств», – говорит Владимир Рожанковский. В остальном – неопековские участники довольно равномерно разбросаны по Африке, Латинской Америке и Ближнему Востоку, и Россия не имеет достаточных рычагов морального влияния на эти страны в силу их географической удаленности и/или наличия конкурирующей руководящей силы, такой, как, например, Саудовская Аравия, если вести речь о Ближнем Востоке. Кроме того, как выясняется, несмотря на постепенное сближение России с ОПЕК, наша страна по-прежнему не заинтересована в резком сокращении прокачки нефти, даже при текущих низких ценах, поскольку альтернативных источников формирования федерального бюджета очень мало. По словам эксперта, в состав «АнтиОПЕК» теоретически мог бы войти весь околороссийский блок – Россия, Казахстан, Азербайджан, а также страны, которые в свое время были в составе ОПЕК, но впоследствии вышли из него: Индонезия, Малайзия, а также прочие страны – Индия и Аргентина. Остальные более или менее крупные нефтедобывающие страны – такие, как Норвегия, Габон, Китай, Канада и другие – имеют настолько различные глобальные задачи и политические интересы, что идея объединить их под какой-то общей эгидой выглядит почти бесперспективной. С другой стороны, из всех игроков главным мог стать околороссийский блок, который в совокупности с классическим ОПЕК сумел бы обеспечить порядка 65% суммарной мировой нефтедобычи. Аналитик «Альпари» Анна Кокорева согласна с тем, что такие страны, как Венесуэла, Казахстан, Азербайджан и Россия, действительно могут объединиться в рамках новой структуры, но совмещать в новом картеле разнонаправленные интересы всех перечисленных стран будет достаточно сложно, Россия и так в достаточной мере влияет на мировой рынок нефти, считает она. Валерий Баликоев напоминает о неоднократных, но так и не увенчавшихся успехом попытках России создать «газовый ОПЕК». Кроме того, Михаил Крутихин вновь указывает на заявления Игоря Сечина о возможном почти кратном росте добычи, констатируя, что с таким подходом создать новую и полновесную на мировом рынке организацию будет очень сложно.

Серый кардинал из Вашингтона

Пока эксперты спорят о том, нужна ли «АнтиОПЕК» и какой генеральной линии нужно придерживаться «менеджерам от государства», многие забывают, что нынешний мировой рынок углеводородов – это тоже своего рода блеф, виртуальная спекуляция. Точно так же, как и все заявления ОПЕК о квотах – никто их не соблюдает и не собирается этого делать. Мировым рынком нефти движут совершенно иные силы, нежели соотношение спроса со стороны потребителей и предложения со стороны производителей. «Надо иметь в виду, что цены на нефть, которые мы знаем, – это не чистая цена нефти, это торговля фьючерсами, которые в десятки раз больше реальных объемов нефти. В этой связи новая ОПЕК может ввести ограничения, влияющие на торговлю фьючерсами, раздувающими цену нефти», – отмечает Иван Антропов. «На самом деле доля спекулятивных сделок с нефтяными производными инструментами поистине колоссальна (не менее 60% от всего объема заключаемых на 4 биржах сделок). Вопреки бытующему мнению, основной рассадник спекуляций – вовсе не сорт европейской биржи ICE, Brent, а бумаги на производные инструменты и биржевые фонды ETF американского сорта WTI. Хотя президент Обама в 2012 г. подписал закон, направленный на ограничение так называемых «непокрытых» спекулятивных позиций на сырьевых рынках, – в том числе и на рынке нефти – в реальности «воз и поныне там», – констатирует Владимир Рожанковский. Иными словами, формируют цены на нефть вовсе не в Москве или Эр-Рияде, а в Вашингтоне. «Ко» уже описывал кажущиеся многим конспирологическими теории о том, что нынешний обвал цен на «черное золото», как и падение котировок в середине 1980-х, был спровоцирован США. По одной из версий, США договорились с Саудовской Аравией о повышении добычи, что привело к обвальному снижению цен. По другой версии, Вашингтон «прижал» хедж-фонды, заставив их играть на понижение нефтяных котировок. «Я не верю в теорию заговора Вашингтона и Эр-Рияда против Москвы в данном вопросе: слишком уж большие потери стороны терпят от подобных ценовых манипуляций, если предположить, что вся эта затея является просто политической забавой», – отмечает Владимир Рожанковский. Валерий Баликоев в свою очередь считает, то причина нынешнего обвала куда более прозаична: США превратились из импортера углеводородов в экспортера, а замедление экономики Китая привело к падению глобального спроса на нефть. И ни какие-либо действия ОПЕК, ни возможность создания «АнтиОПЕК» не в состоянии повлиять на эту ситуацию. Тем более что производители сланцевой нефти, которых нынешние цены на углеводороды должны были «задушить», держат удар и закрывать производство пока не спешат.

ko.ru

Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
GlobalData подсчитывает: российским добычным проектам нужно потратить $102.6 млрд. до 2020 года, чтобы сохранить стабильный уровень добычи
Капитальные затраты на сухопутные проекты составят 85% ($88 млрд.) от общего показателя капитальных затрат на добычные проекты в России ($102.6 млрд) к 2020 году.
Нефть выше $65. Бюджет РФ купается в деньгах
Цены на нефть рванули вверх и превысили отметку $65 за баррель - максимум с весны 2015 г. Российский бюджет тем временем буквально купается в деньгах.