Окольным путем: зачем «Газпрому» помогать Ирану продавать газ
важное 05 ноября 2017, 10:48

Шансы на реализацию проекта газопровода Иран — Индия невелики, но в случае успеха «Газпром» получит доступ на растущий индийский рынок

1 ноября Минэнерго России и Министерство нефти Ирана подписали меморандум о поддержке проекта поставок газа из Ирана в Индию. Фактически речь идет об участии «Газпрома» в проекте строительства газопровода по дну Персидского залива, а также об участии российской компании в разработке газовых месторождений в Иране. Протяженность газопровода составит 1200 км.

На первый взгляд, шаг неочевидный. Казалось бы, зачем «Газпрому» участвовать в конкурирующих проектах по экспорту газа? Конечно, всегда стоит помнить о принципе «нельзя предотвратить — возглавь». Но есть и другие причины, делающие этот проект интересным для нашей страны.

«Газпром» и Иран

Проекты по экспорту российского трубопроводного газа в Индию обсуждаются уже давно, но очевидная сложность и дороговизна маршрутов всегда тормозила их на уровне идей.

В мае этого года стало известно, что «Газпром» прорабатывал сразу несколько проектов по поставкам газа в Индию, преимущественно из России, но рассматривал и варианты со своповыми поставками из Ирана. Экономика таких обменных поставок уже гораздо привлекательнее по сравнению с прямым экспортом газа из России.

Есть основания предполагать, что текущие инициативы в перспективе могут стать элементом именно таких обменных поставок. Напомним, что Иран сейчас импортирует в свои северные районы 7 млрд куб. м газа ежегодно (преимущественно из Туркменистана и немного из Азербайджана). Одновременно в Иране заявляли о планах по увеличению собственного спроса на газ, так что эти объемы могут вырасти.

В случае реализации обменных операций наша страна будет поставлять газ на север Ирана, а в обмен Иран будет экспортировать свой газ в Индию по новому трубопроводу (возможно, тех месторождений, в разработке которых будет участвовать «Газпром»).

Индийский рынок

Спрос на газ в Индии, как ожидается, к 2025 году увеличится вдвое — с 50 до 100 млрд куб. м. При этом, по большинству оценок, собственная добыча в стране будет расти слабо и даже к 2025 году составит около 40 млрд куб. м по сравнению с 27 млрд куб. м. в 2016 году. Оставшиеся 60 млрд придется получать за счет импорта.

Пока Индии приходится полагаться только на импортный СПГ. За последние два десятилетия обсуждалось уже несколько проектов газопроводов в Индию, однако реального прогресса достигнуто не было. Помимо уже упомянутых проектов по поставкам газа из России, это и «многострадальный» газопровод ТАПИ (Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия), вероятность реализации которого по-прежнему невелика.

Также еще десять лет назад обсуждался газопровод Иран — Пакистан — Индия, однако сложные отношения между Индией и Пакистаном так и не позволили реализовать этот проект.

В результате в последние годы приоритет получил прямой газопровод Иран — Индия, проходящий по морскому дну. Это дороже, но зато нет проблем с транзитом. Проект пока тоже находится в предварительной стадии, никаких обязывающих соглашений подписано не было.

При этом индийские официальные лица уже заявляли, что страна готова покупать больше газа, но по низкой цене, в $180/тыс. куб. м. Однако такая стоимость СПГ может образовываться разве что локально, в момент переизбытка газа на рынке — она и близко не покрывает полные издержки производства для большинства экспортеров СПГ.

Газ из трубопровода Иран — Индия также явно будет стоить не $180/тыс. куб. м, а побольше, но все-таки дешевле сжиженного природного газа.

Пока рано говорить, на каких условиях в Индию будет продаваться газ из трубы Иран — Индия. Однако если рассматриваются варианты участия компаний — экспортеров в распределении газа на внутреннем рынке, то это, в принципе, может дать российской компании полезные в будущем компетенции по работе на внутреннем рынке газа в Индии.

Преференции в обмен на риски?

Разумеется, в условиях, когда Иран по-прежнему находится под угрозой новых санкций, известные риски остаются. Зато платой за риск могут стать привлекательные условия договора. С другой стороны, не исключено, что такие условия будут обусловлены и политическим покровительством проекта со стороны России, что важно для Ирана в текущих обстоятельствах.

Из других минусов для России, конечно, нужно упомянуть о том, что трубопроводные поставки газа из Ирана снизят спрос на СПГ в Индии.

У «Газпрома» уже есть подписанный контракт на поставку 2,5 млн т в год СПГ (из глобального портфеля компании) в Индию, но поставки по нему пока не начались. Сейчас российская компания экспортирует в страну СПГ в рамках небольших спотовых сделок.

В среднесрочном плане снижение спроса на сжиженный газ в Индии усложнит реализацию объемов СПГ с новых российских заводов. А учитывая, что рынок СПГ — глобальный, это создаст дополнительный навес предложения и на европейском рынке.

Но одновременно, направляя иранский газ в Индию, «Газпром» снижает вероятность выхода иранского топлива на европейский рынок.

Учитывая предысторию переговоров, сохраняются большие сомнения в том, что проект газопровода Иран — Индия вообще будет реализован. Однако если газопровод будет все-таки построен, то с большой вероятностью он может быть построен и без участия России. А раз так, то почему бы не поучаствовать? К примеру, тот же Катар планирует инвестиции в создание экспортного завода СПГ в США, хотя сжиженный газ с этого предприятия будет в итоге конкурировать с тем же катарским СПГ.

www.rbc.ru

Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
Канадский регулятор разрешил расширение трубопровода Trans Mountain
Национальная энергетическая комиссия Канады (NEB) разрешила расширение трубопровода Trans Mountain, но попросила минимизировать вред тихоокеанским касаткам.
Рабочие места директоров американских нефтяных компаний под угрозой
Низкая окупаемость инвестиций из-за некачественной работы некоторых американских сланцедобытчиков может обернуться тем, что ряд директоров потеряют свои рабочие места.