Нефть и многие валюты – товарищи по несчастью. Тесная связь между валютами стран – экспортеров сырья и ценой нефти определяла ситуацию на валютном рынке в прошлом году. С ноября прошлого года, когда ОПЕК предпочла не сокращать добычу ради сохранения доли рынка, цена нефти марки Brent упала более чем на 40%. Медь, никель и другие сырьевые товары также подешевели из-за замедления роста китайской экономики.

Курс российского рубля снизился на 30%, норвежской кроны – на 12,6%, канадского доллара – на 15,5%. Но удар от сокращения нефтяных доходов смягчает укрепление доллара. Например, это актуально для России, производители нефти в которой несут издержки в рублях, а доходы получают в долларах.

Гораздо труднее тем экспортерам нефти, валюты которых привязаны к доллару. К их числу относятся многие члены ОПЕК, включая лидера организации – Саудовскую Аравию. Новому руководству Саудовской Аравии пришлось распаковать резервы и выйти на рынок займов, чтобы профинансировать высокие социальные расходы, напоминают в RBC Capital Markets. Валютные резервы страны сократились с $746 млрд в августе 2014 г. до $647 млрд в сентябре 2015 г.

Казахстан в августе отказался от привязки тенге к доллару. Нигерия дважды девальвировала найру и в среду снизила ставку на 200 базисных пунктов. Ангус Дауни из Ecobank говорит, что у стран пока достаточно резервов, но их не хватит надолго: «А потом или цена на нефть вырастет, или придется приспособиться к новой реальности».

Корреляция между курсом валют большой десятки нефтяных экспортеров и ценой на нефть начинает исчезать. Нефть влияет на национальный доход Канады и Норвегии. Но на экспорт нефти приходится небольшая часть их экономик, отмечает глава европейского исследовательского центра Barclays Марвин Брат.

«Будем следить за ОПЕК с замиранием сердца», – говорит Кит Юке из Societe Generale. Очень многое зависит от того, как сильно упадут цены на нефть, считает он: фонды продолжают ставить против повышения цен, поднимая свои короткие позиции до самого высокого уровня в 2015 г.

vedomosti.ru