- Существует два варианта. Первый – создавать резервы, как у потребителей, так и у производителей. У производителей эти резервы могут создаваться за счет строительства складов, нефтехранилищ, что не реально. Либо можно иметь большое количество волатильных скважин, которые можно быстро прикрыть, оперативно открыть, а открываться они должны в период высоких цен, соответственно закрываться в период низких цен. С точки зрения производства, это – не лучший вариант.

Гораздо целесообразнее, и это второй вариант – выстраивать финансовое хеджирование. Производитель добывает одинаковое количество ресурсов, их продает и экономит или складирует, или получает дотации в финансовом плане, как это делается во всех страховых компаниях. Наши попытки создать физические резервы – это нереализуемые вещи. Надо привыкнуть, что волатильность идет в ценах на нефть, а не в самих нефтяных ресурсах. И большое количество поставляемой или непоставляемой нефти никак на цену не повлияет. В декабре объем спроса на мировую нефть составляет примерно 86 млрд баррелей в день, такие же цифры были в январе, при этом цена выросла в два раза.

Цена существенно меняется, а объем очень мало. От того, что вы будете складировать нефть, а потом в нужный момент поставлять, на цену это тем самым не повлияет. Можно повлиять на свою доходность, но доходность можно накапливать в банках. Страховаться от рисков можно только за счет грамотной финансовой политики. Как можно вести политику в условиях таких шараханий, когда Минфин то говорит, что нефть поднимется до $140, то  опустится до $60? Слово же имеет огромную силу и влияет на фондовый рынок. Вот мы и имеем волатильность. Самое опасное для руководителя – это шарахаться из крайности в крайность. Нужно придерживаться определенной стратегии.

- Если издержки себестоимости добычи порядка $35 и с учетом инфраструктурного развития порядка $50 и плюс налоги – это $70 для стран ОПЕК, у нас эта цифра даже может быть больше. Порядка $80. Дальше с ростом издержек – от $80 до $100 в следующем году. Этот диапазон цен, который устраивает всех – и страны-производителей, и страны-получателей. Если цена на нефть будет дешевая, у получателей никакого стимула не будет заниматься ни энергосбережением, ни переходом на новые источники энергии.
Переход на новые энергоносители – ветряки, биоэтанол и прочие, имеет смысл, при высокой цене на традиционные углеводороды. Если цена упадет, все это будет неэффективно. Когда нефтяники будут осваивать Восточную Сибирь, Арктику, то себестоимость вырастет до $50.

Хочется обозначить другой вопрос, который будет актуален через 5-10 лет, – нефтяной бизнес прошел пик своей эффективности. Недостатка в сырьевых ресурсах не будет, только нам предстоит добывать тяжелую нефть, из битумных, сланцевых песков. Добыча не сократится, но она будет более дорогой. Затраты будут расти быстрее, чем общество готово заплатить за ресурсы. Поэтому в ближайшие 20-30 лет прибыль нефтяных компаний может сойти если ни до нуля, то на уровень рядовой промышленной продукции, где прибыль составляет 5-7%, не более. Эра нефтяного бизнеса, как привлекательного для вложения средств, после 20 года уступит место другим сферам, на какое-то время – газовому бизнесу, потом, возможно, атомному и другим нововведениям.

- К сожалению, нужно признать, что по-настоящему – не развивается. У России есть две серьезнейшие проблемы. Первая, мы привыкли добывать моносырье – либо нефть, либо газ, все остальное выбрасываем. В мире же ресурсы становятся комплексными: нефть вместе с газом, газ вместе с гелием. Серьезной проблемой для нас является повышение эффективности недропользования, с точки зрения выкачивания всей гаммы продуктов с дальнейшей сепарацией, утилизацией. В России, к сожалению, этим практически никто не занимается. Правда, стали недавно говорить об утилизации попутного газа, с целью доведения его утилизации до 95%. Но, стоит отметить, что утилизация попутного газа представляет больше психологическую пользу, а не экономическую, так как, конечно, неприятно, когда факелы горят, но то, что мы теряем там, это – копейки, по сравнению с тем, что мы теряем в других местах.

Вторая проблема – проблема рисков, оценка попутных условий сопоставления с экономическими критериями является чрезвычайно важной. Все больше и больше решений у нас принимается и будет приниматься не по экономическим, а по политическим, социологическим и экологическим соображениям. Это те вещи, которые мы в рубли пока не умеем переводить. Тот же пример газопровод Nabucco, экономически он не состоятелен, а политически его будут строить, так же как нефтепровод Бургас-Александропулос и газопровод «Голубой поток» тоже экономически не рентабельны, но мы их строим. Политические решения, принятые из соображений безопасности, соотношения диверсификации транспорта, заставляют совершать экономически не выгодные сделки.

- Скажем так, не новыми, а взаимодополнимыми энергоносителями, к примеру, водородным топливом, наши компании начинают заниматься. ЛУКОЙЛ реализует несколько проектов по использованию солнечной энергии для энергоснабжения заправок на юге. Там, где это выгодно, к примеру, в удаленных районах, используют нетрадиционные источники, вместо того, чтобы от больших электростанций поставлять энергию. Если у нас на севере накапливается биомасса от опилок, то там выгодно использовать биотопливо, а не «тащить» туда газ.

Централизованные источники должны давать две трети, а не централизованные источники – одну треть всей энергии. В массовом порядке углеводородное топливо будет актуально до 2050г. Параллельно будет развиваться автономное энергоснабжение, связанное с развитием малого бизнеса, фермерского хозяйства, куда не стоит тянуть энергию от крупных источников. Но это, подчеркну, не является задачей наших нефтяных компаний производить новые энергоносители.

Есть масса проектов, где можно обеспечить жилье энергией без подключения к центральным источникам энергии, так называемые дома с нулевым энергопотреблением. Это делается за счет солнечных батарей, тепловых насосов, энергии из бытовых отходов. Каждый потребитель может выбирать, что ему предпочтительнее.
И это единственный вид конкуренции, когда выбирают централизованный источник, либо свой собственный. Все производители между собой всегда договорятся по определению. Поэтому не может быть производителей-конкурентов. Антимонопольные службы, когда борются с конкуренцией, даже не знают с чем бороться на самом деле. Конкуренция может быть только одна – там, где человек принимает решение, в данном случае в энергетике – либо сделать самому, либо подключиться к централизованному источнику.

- На мой взгляд, никакого формульного ценообразования нет. Цена на газ, которая имеет некую формулу привязки к цене на нефть, – очень опасная штука. И чем раньше мы от нее избавимся, тем будет лучше. В условиях высоких цен на нефть, через полгода вы имеете высокие цены на газ. Цены на нефть рухнули, вы через полгода имеете низкие цены на газ. Поскольку мы не привыкли, что ситуация через полгода может измениться, то мы оперируем тем, что если на данный момент существует высокая цена на нефть, то мы и к цене газа относимся также. И поэтому в финансовом плане «пролетаем». В январе этого года, когда была, согласно формуле привязки к цене нефти со сдвигом на полгода, высокая цена на газ, у нас была борьба с Украиной за 10 долларов за 1000 кубов, в результате потеряли несколько миллиардов. В это же время все европейцы использовали свои подземные хранилища газа и не покупали у нас этот газ. Сейчас они начинают покупать газ, но мы-то находимся в ценах относительно цены на нефть полугодовой давности, следовательно, низких.

С одной стороны идет увеличение экспорта, а доходы-то у нас от экспорта не растут, так как мы продаем газ по низкой цене. Никакая формула здесь не работает. Просто надо учиться жить в рыночной экономике. При этом, конечно, по возможности, надо делать долгосрочные контракты.

- Возможна, но нужна ли она? Основной покупатель российской нефти и нефтепродуктов это Запад, а в будущем – Восток. Конечно, мы заинтересованы в том, чтобы не было монополии доллара. Мы заинтересованы в мультивалюте. Если российский рубль будет участвовать в формировании этой мультивалютной корзины, это будет замечательно. За рубли только, пожалуй, Белоруссия купит, даже Казахстан не будет. Рубли уже не котируются, так как у стран, с которыми мы ведем торговлю, объем торговли больше с другими странами, чем с Россией.

- Курс на мультивалютную систему, действительно, является необходимым. Сегодня моновалютная система себя исчерпала. В следующем десятилетии произойдет переход на мультивалюту. Попытка выйти на мультивалютную систему – это попытка снизить эффект надвигающегося структурного кризиса. Рублю, к сожалению, там делать нечего, так как наш вклад в мировую торговлю мизерный. Мы вкладываем сырьем. Однако для формирования единой мультивалютной системы, сырье не будет играть существенной роли.
Какой нам выгоден курс рубля – повышенный или пониженный? Центральный банк должен это регулировать. Уровень 30 руб. за доллар вполне нормальный курс, плюс, минус 10%. В пределах этого пусть рынок колеблется. Выходить на более серьезный верх или низ, я смысла не вижу.

- Создавать условия, чтобы российская нефтянка выступала заказчиком более глубокой переработки продуктов для внутреннего рынка и заказчиком отечественного машиностроения. Не надо слезать с нефтяной иглы, у нас не на что другое пересесть. Главное, произвести товар, который будет пользоваться спросом. У нас нет такого товара и в ближайшие годы не появится. Ранее была оборонка, но сегодня мы катастрофически теряем рынок.

Рынок машиностроительной продукции мы уже проиграли. У нас буровое оборудование, например, поставляется из Китая. Поэтому главная задача – это импортозамещение. Сегодня стали приходить к тому, что перерабатывающий цикл нужно заканчивать на территории у потребителя, выгодно покупать и строить заводы там, куда транспортируется наше сырье. Не только добывать надо в Алжире, Анголе, но целесообразнее там и заводы перерабатывающие строить. Правильно компания ЛУКОЙЛ сделала, когда закупила сеть бензоколонок в Америке, но, правда, компания переоценила свои силы, ее вытеснили с рынка. Это имиджевая ситуация. В Турции, Болгарии, Италии – еще можно конкурировать, но, когда в Америке уже все привыкли к Shell, Mobil, покупать ЛУКОЙЛ не будут, так как играет имиджевый фактор.. Чтобы внедрить на рынок марку, требуется много времени. Нам нужно собственный рынок насытить собственными ресурсами.

- Действительно, все обеспокоены тем, чтобы цены на внутреннем рынке, в том числе, и на бензин не росли так быстро. Но они и не растут слишком уж быстро. Взять, к примеру, волатильность отечественных цен на бензин. Она составляет порядка 10%. При том, что волатильность цен на нефть составляет гораздо больший процент. Выходит, что на рынок бензинов приходят «копеечные» колебания.

Сказать, какая будет цена, можно будет только в том случае, если мы введем плановую систему показателей, если будем четко контролировать издержки производства каждой компании и к себестоимости добавлять обоснованную прибыль. Возникает вопрос, как компании будут эту прибыль получать – за счет экспорта или внутреннего рынка. Это уже не подконтрольно никому, в том числе и ФАС.

Можно контролировать прибыльность компаний, так же как мы регулируем экспортные пошлины, но нельзя тут перестараться, у нефтяных компаний должны оставаться средства для инвестирования. Можно разложить расходы и доходы компаний от экспорта и внутреннего производства и посмотреть, если у них сверхприбыль идет от продажи нефтепродуктов внутри страны, можно усилить налоговую нагрузку.

Текст интервью: Ульяна Ольховская

- Действительно, к сожалению, культура финансовых деривативов в нашей стране не особо развита. Если во всем мире биржевая практика, в среднем, имеет 200-300-летнюю историю, то в России она не получила своего динамичного продолжения в условиях советского государства. Только зародившаяся тогда практика биржевой торговли была утеряна.

За 15-20 лет новых рыночных отношений трудно возродить утраченное. Таким образом, в силу объективных причин сегодня руководители ряда отечественных компаний не имеют ясного понятия о возможностях использования различных финансовых инструментов, которые помогли бы эффективнее вести бизнес, с успехом страховать свои риски и получать прибыли.

Поэтому мы разработали продукт, который аккумулирует всю достоверную информацию о рынках, полученную с биржевых и электронных торговых площадок. Это – абсолютно новый сервис, предоставляющий полную и систематизированную информацию о том, что происходит на мировых товарно-сырьевых рынках и прежде всего на рынке нефти и нефтепродуктов. Портал разработан командой профессионалов, которая использовала самые современные технологические решения.

Ресурс базируется на электронной площадке eOil.ru, на которой проходят торги российскими нефтепродуктами. Удобный интерфейс обеспечивает беспрепятственное пользование всем комплексом услуг торгово-аналитического и информационного порталов в рамках единой системы. В рамках этой системы реализован также личный кабинет трейдера Oilid. Информационную поддержку пользователям обеспечивает электронный журнал Oil.Эксперт.

Особый упор в создании портала мы делали как на целостности предоставления данных, так и на удобстве их восприятия. Большое значение имеет презентация данных в графической форме. Кроме того, мы старались сделать ресурс максимально отвечающим запросам наших посетителей.

На сайте Oil.Стат можно увидеть как взаимодействуют мировой и российский нефтяные рынки. Данные с мирового рынка нефти и нефтепродуктов транслируются с крупных мировых бирж. Для начала мы остановили свой выбор на трех основных биржах NYMEX, ICE и TOCOM. Думаем, что перечень этих бирж расширится за счет стран Юго-Восточной Азии и стран Латинской Америки, а номенклатура, котируемых на них продуктов, также будет увеличиваться благодаря альтернативным видам топлива.

- Идея открытия подобного портала возникла еще три года назад с момента запуска eOil.ru
И в течение всего этого периода велась активная совместная работа с группой аналитиков и технических специалистов. Обсуждалось создание уникального инструмента, который смог бы обеспечить предоставление полной и взаимосвязанной информации по российскому и мировому рынку. Очень важно понимать, что все мировые рынки связаны друг с другом. И в связи с развитием этого информационного поля любое изменение на товарных рынках в той или иной стране вызывает те или иные изменения в мире. Во главе нашей идеи, мы поставили задачу оперативного информирования участников о текущей ситуации на рынке, перспективах ее развития, и заботу о прибыльном бизнесе наших клиентов.
Мы намерены делиться нашим опытом, обмениваться опытом успешных компаний, и вместе с вами использовать самые передовые технологии построения торговых операций, максимально защищаясь от негативных воздействий на рынке.
Итак, в течение последних трех лет велась работа над созданием этого уникального продукта, который объединил в себе наш практический опыт работы на рынке, и технический потенциал предоставления данной информации для наших пользователей.

-На главной странице находится бегущая строка с российскими ценовыми индексами на нефтепродукты: дизельное топливо, бензины АИ-92 и АИ-95. Сразу под ними – еще одна бегущая строка с текущими новостями. Дополнительно предусмотрены ссылки на курсы основных мировых валют.

Вход на каждую биржевую ссылку раскрывает перед пользователем группу основных товаров, которые торгуются на данной бирже с указанием цен открытия, дневных максимумов и минимумов и цен закрытия (Open, High, Low, Close). Последний столбец Change указывает на изменение текущего закрытия ко вчерашнему дню. Рядом справа располагается дневной график закрытий по той или иной товарной позиции, который сразу дает трейдеру картину происходящего на рынке.

- Ресурсом активно пользуются российские участники. Кроме прочего здесь представлены аналитические обзоры, базирующиеся на опросе российских трейдеров, а также видных деятелей мирового рынка. В обзорах в полной мере освещаются рыночные тенденции в США, Великобритании и Юго-Восточной Азии и дается объективный срез мирового и российского рынков за день, неделю и месяц. Под блоком, отражающим ситуацию на внешнем рынке, размещен блок, посвященный российскому рынку нефтепродуктов – дизельному топливу, бензинам АИ-92 и АИ-95. Пользователь имеет возможность увидеть ежедневные цены открытия, максимумов и минимумов, а также ежедневные цены закрытия и их изменение за день.

Здесь находятся и столь необходимые каждому трейдеру новости, в форме «горячей ленты», которые готовит уже упомянутый информационно-аналитический портал Oil.Эксперт. Кроме того, Oil.Эксперт публикует эксклюзивные интервью с видными игроками нефтяного и биржевого рынков, а участники Клуба экспертов, который организован в рамках проекта, активно делятся с аудиторией своим видением развития рынка, дискутируют.

- Портал предназначен, в первую очередь, для операторов российского и мирового рынка нефти и нефтепродуктов, для инвесторов, хеджеров, участников срочного рынка, аналитиков, а также для самого широкого круга потребителей (как в России, так и за рубежом), следящих за всем, что происходит на этом, безусловно, одном из самых важных рынков планеты. Сайт может представлять интерес для государственных органов (министерств, служб и т. д.), связанных по роду своей деятельности с рынком нефти и нефтепродуктов.

- Oil.Стат является первым опытом создания специализированного, интерактивного, аналитического, статистического и информационного портала подобного рода.

Отличие Oil.Стат от других сайтов состоит в том, что впервые в рамках одного ресурса посетители получают возможность использовать всю палитру фундаментального, сравнительного и технического анализов рынка нефти и нефтепродуктов, причем как внешнего, так и внутреннего. Кроме того, на сайте предусмотрена возможность обучения и подготовки будущих инвесторов, трейдеров и хеджеров. При этом не только искушенные в этой области специалисты могут воспользоваться этими услугами, но и все заинтересованные лица. В наших планах проведение специальных семинаров, симпозиумов, бизнес-конференций. Стоит обратить внимание на раздел «Учебные торги». Он имеет не только обучающую функцию, но и демонстрационную. В этом разделе можно просмотреть и определить степень убыточности или прибыльности той или иной операции.

Что касается практической стороны, то сайт дает возможность увидеть ценовую динамику в различном временном измерении. Возьмем, к примеру, мировой рынок. В этом разделе можно видеть графики той или иной товарной позиции и список бирж с торгуемыми на них контрактами. При клике на ту или иную позицию, можно попасть на таблицу, которая дает представление о глубине торгуемой товарной позиции или контракта на текущую дату. Таким образом, уже сегодня вы можете увидеть по какой цене торгуются контракты с поставкой в декабре 2018 года. Таблицу можно увидеть и другим способом, причем, не только на текущую дату, но и на любую другую, которая интересует пользователя. Для этого следует выбрать в первом окошке биржу, товар, или инструмент, и дату, и нажать кнопку «Открыть». Общий вид ежедневных таблиц даёт представление в каком состоянии находится рынок, – в контанго или бэквордейшн. Если нажать на ближайший контракт этого года – выйдем на график. По умолчанию – это японские свечи за последние полгода. Параметры графика можно задавать, выбирая биржу (NYMEX), инструмент (или товар, Crude Oil WTI), контрактный месяц, период (день – дневной график, неделя – недельный график, месяц – месячный график), Можно задавать также и масштаб (месяц, 3 месяца, полгода, год и по выбору). Внизу под ценовым графиком автоматически размещается график общего открытого интереса и объема торговли по всем контрактам за торговую сессию. Нарастание ОИ при высокой активности трейдеров подтверждает наметившуюся ценовую тенденцию.

На закладке Спрэды и Арбитражи пользователь может самостоятельно выбрать инструменты для сравнения: будь то спрэд и/или арбитраж. Функцию «спрэда», например, вы можете использовать для получения данных по стоимости переработки, сравнивая стоимость сырья и продуктов переработки
Эти два инструмента, как известно, используются как в торговой практике (непосредственно для покупок и продаж, спекуляций, или хеджа), так и как инструмент технического анализа, который, в свою очередь, может быть также подвержен отдельному техническому исследованию.
Как и в ценовых графиках, спреды и арбитражи можно просматривать в ежедневном, недельном и месячном режимах.

- Функция спрэдов и арбитражей весьма многогранна и заключается не только в том, чтобы при помощи простого действия (вычитания) определить, какая из сравниваемых позиций представляет наибольший интерес для трейдера. Межпозиционные спрэды часто используются в целях хеджирования, переката позиций из контракта в контракт, а также служат очень хорошим дополнением, иллюстрирующим ту или иную ценовую динамику.

Арбитраж – та же разница, но не между контрактными месяцами какой-либо товарной позиции, а, как правило, межрыночная, как в рамках одного товара, к примеру, нефти WTI, торгуемой на разных торговых площадках по обе стороны Атлантики – в Нью-Йорке и Лондоне, так и между разными товарами, к примеру, между золотом и нефтью.

Зимой-весной этого года золото-нефтяной арбитраж был особенно интересен для биржевиков: нефть «вытаптывала» дно, готовясь к развороту, а золото, благодаря Китаю, уверенно поднималось в цене. Другим примером может послужить арбитраж между нефтью и пшеницей. В июле-августе этого года нефть подорожала с 61 доллара за баррель до почти 76 долл/барр и затем торговалась в боковом диапазоне в то время как пшеница, после июльской консолидации, только дешевела.

Часто арбитраж заменяет понятие базиса, то есть разницы между ценой наличного товара и ближайшего фьючерса. Термин «базис» не совсем удачен в плане узуса (употребления), так как в торговой практике наличным товаром в русском языке термин «базис» используется для определения места поставки и/или отгрузки товара, в то время как в биржевой практике – это разница между ценой наличного товара и биржевым бенчмарком, или ближайшим контрактом. Часто вместо термина «базис» употребляется термин «премия», особенно в тех случаях, когда речь идет о производстве нефтепродуктов. В этом случае арбитраж (или как он бы не назывался), оставаясь ценовой разницей между физическим товаром и самым активным контрактным месяцем, показывает насколько выгодно производство нефтепродуктов.

Также как и спрэд, арбитраж используется как инструмент технического анализа, – для того, чтобы подтвердить наметившуюся ценовую динамику или наоборот, – увидеть таящийся в ней (ценовой динамике) изъян. Иногда спрэды и арбитражи, называемые еще и дифференциалами, помогают увеличить прибыльность прямых торговых операций, как на срочном, так и на физическом рынке. Ближайший к нам по времени пример – арбитраж между нефтью и кукурузой в июле – августе этого года. Нефть дорожала на фоне дешевеющей кукурузы.

Арбитраж между российским рынком и внешним – шаг к определению фактической ценовой экспортной альтернативы, или экспортных ценовых значений на базисе FOB или CIF. Арбитраж показывает привлекательность экспортных операций на рынке нефтепродуктов. Кроме того, арбитраж используется в качестве инструмента хеджирования, причем как экспортных сделок, так и сделок на внутреннем рынке России. Его использование снижает ценовые риски торговых операций россиян, а при более продвинутом использовании – увеличивает их прибыльность.

- Широко известен индекс eOil, и мы публикуем его динамику. Этот индекс можно использовать для хеджирования рисков. Уже есть прецеденты его применения в долгосрочных контрактах.

Иногда можно услышать мнение, что российский рынок нефтепродуктов не похож на мировой рынок, на самом деле это не так. Российский рынок работает по таким же алгоритмам, что и мировой, и наш сайт это демонстрирует, показывая, каким образом происходит это взаимодействие. По внутреннему рынку предусмотрены те же технические инструменты и функциональные возможности, что и по мировому: мы даем спрэды, арбитражи (в самом широком спектре товарных позиций), к примеру, дизельное топливо можно сравнить с любым фьючерсом на биржах NYMEX, ICE и TOCOM. Более того, можно будет сопоставить нефтяной мировой рынок с другими товарно-сырьевыми рынками.

- Хотел бы добавить, что, если у посетителей нашего портала возникнут технические вопросы, то они всегда могут позвонить или написать нам и получить необходимую консультацию, как по построению своего бизнеса, с использованием возможностей нашего портала, так и по анализу мировых углеводородных рынков, с учетом схем защиты от ценовых рисков.

Текст интервью: Ульяна Ольховская, Илья Альков

-Такие возможности реально существуют и иногда используются крупнейшими игроками на российском нефтяном рынке, в частности, производителями, компаниями-экспортерами, а также потребителями нефти и нефтепродуктов.
Наиболее распространены стратегии с использованием опционов и фьючерсов с привязкой к ликвидным сортам нефти типа Brent, WTI, из продуктов – производители-экспортеры чаще всего используют фьючерсы на газоиль, торгуемые на Лондонской бирже ICE.
Однако следует отметить, что российский рынок отстает от западного по технике использования хеджинговых стратегий и опыта применения деривативных инструментов. Параллельно существует проблема оторванности движения цен на наиболее распространенные на российском рынке сорта нефти и нефтепродукты от цен на их западные более ликвидные аналоги. Это не всегда позволяет использовать ликвидные инструменты для хеджирования российских сортов нефти и нефтепродуктов.

-Это традиционные инструменты – опционы, свопы и фьючерсы, используемые в зависимости от специфики, объемов и времени закупок. В то время как свопы и фьючерсы являются безусловными обязательствами по поставке или покупке товара, опционы оставляют приобретателю право выбора исполнять или не исполнять сделку по заранее обговоренной цене. Необходимо иметь в виду, что свопы являются менее ликвидными, и, как следствие, зачастую более дорогими инструментами для хеджирования.

Практика хеджирования не различается для бюджетных и коммерческих организаций, хотя она может быть более интересна для бюджетных учреждений как более консервативных в своей финансовой политике и стремящихся ограничить все возможные риски.

-На наш взгляд, есть существенные риски того, что цена на нефть снизится. Исходя из этого, целесообразным является хеджирование хотя бы части выручки от продажи нефти путем продажи фьючерсов и покупки пут-опционов с различными сроками исполнения. Например, Мексика захеджировала весь объем своего экспорта нефти в 2009 году от падения цены ниже $70 и заработала на этом $8 млрд. к началу сентября, потратив $1,5 млрд на покупку опционов, когда цена на нефть в 2008 году начала спускаться к уровню в 120 долларов за баррель после достижения пика почти в 150 долларов за баррель. Ликвидность биржевого рынка не позволит захеджировать весь объем производства российской нефти (Мексика экспортирует примерно в 5 раз меньше нефти, чем Россия). Кроме того, имеет смысл оставить возможность получения прибыли в случае роста цены на нефть, если захеджировать лишь часть экспорта.

-Сейчас уже всем понятно, что нынешняя цена на нефть не подкреплена фундаментальными показателями на рынке физической нефти. Спрос на нефть упал по сравнению с предыдущим годом, и впервые за последние несколько лет избыточные мощности по добыче нефти в Саудовской Аравии превышают объем, экспортируемый Ираном (один из факторов, на который ранее ссылались, пытаясь объяснить рост цены на нефть).

Безусловно, существует риск, что при быстром выходе мировой экономики из кризиса (что нам представляется очень маловероятным), цена на нефть может быть поддержана фундаментальными факторами. Но тот факт, что уже сейчас испытывается дефицит свободных нефтяных хранилищ (запас нефти в странах OECD достиг 62-кратного объема среднесуточного потребления), делает невозможным покупку нефти на рынке спота для того, чтобы избежать необходимости приобретения нефти в период высоких цен в будущем.

Избыточная ликвидность привела к спекулятивному росту цен в этом году, точно так же, как это случилось в 2006-2008 годах (объем финансовых инвестиций в Goldman Sachs Commodities Index возрос с $3 млрд. в 2001 г. до $30 млрд. в 2006 г.). Необходимо помнить, что нефть (в отличие от финансовых активов, рост цен на которые также был вызван в основном избытком ликвидности) является не только базовым активом для финансовых спекуляций, но и основным сырьем для функционирования экономики. Точно так же, как мировая экономика не смогла выдержать цену в $150 за баррель в 2008 году, так и цена в $80 является существенным препятствием на пути выхода мировой экономики из кризиса в течение ближайших 2-3 лет.

На мой взгляд, наибольшей угрозой высоким ценам на нефть в 2010 году является возможная ликвидация спекулятивных позиций, подобно тому, как это случилось в 2008 году. Это может быть вызвано снижением риск-аппетита финансовых спекулянтов, а катализаторами этого могут служить события, подобные тем, что сейчас происходят в Дубаях и Саудовской Аравии, грядущая волна неплатежей по кредитным карточкам и продолжающееся ослабление на рынке коммерческой недвижимости в США и странах Западной Европы, и прочие факторы, о которых мы сейчас можем только догадываться.

Интервью подготовила Ульяна Ольховская

- Понятие хедж фонда не имеет никакого отношения к понятию хеджирования рисков – это просто исторически сложившееся наименование фондов, которые имеют более широкие инвестиционные возможности, чем просто инвестиции в активы. Тем не менее, с хеджированием рисков нефтяных компаний сталкиваться приходилось – причем риски, и, соответственно, способы хеджирования, зависят от области специализации такой компании.

В частности добывающие компании несут риски падения стоимости нефти, и иногда их частично хеджируют – как просто заключением долгосрочных контрактов на поставки, так и покупкой путов, и конечно – продажей фьючерсов. Проблема такого хеджирования в обычной бэквардации фьючерсов, которая сводит на нет собственно смысл хеджирования, особенно в условиях прогнозов сильной нефти. На практике транснациональные компании открывают деривативные позиции почти исключительно со спекулятивными целями. Можно было бы конечно использовать опционы, но их стоимость высока из-за естественной волатильности нефти – и большинство игроков не считает нужным к ним прибегать.

Кроме таких «прямых» рисков, есть риски косвенные – стоимость транспортировки (особенно при большом потоке «по воде»), стоимость потребляемой электроэнергии, прочие крупные расходы волатильны (в России это существенно менее выражено – здесь большинство таких расходов предсказуемо изменяется в рамках тарифных систем). Такие риски хеджируются коллами, покупкой фьючерсов на фрахт и электричество. Многие компании также интегрируют производство электроэнергии (все чаще – за счет использования попутного газа, это решает и проблему загрязнения) и флот.

Перерабатывающие компании несут существенные риски изменения спрэда между ценой нефтепродуктов и закупочной стоимостью нефти. Такие риски обычно хеджируются «с одной стороны» – долгосрочными контрактами и опционами на нефть, хотя иногда строятся и более сложные схемы – они более гибки, но и более рискованны: достаточно вспомнить историю Metallgezellshaft – поскольку ее контракты на поставку содержали право контрагента разрывать договор в случае роста цены выше определенной, MG в 1992 году структурировала хедж, состоявший из короткой позиции на нефтепродукты и длинной позиции по нефти, в сочетании со свопом на нефть (покупка по фиксированной цене и продажа по плавающей). Проблема содержалась в структуре хеджа – используемые фьючерсы были короче форвардов и требовали маржи – в результате при 30% снижении цены нефти компания вынуждена была объявить себя банкротом.

И, конечно, все компании несут валютные риски – их можно хеджировать фьючерсами, или более сложными деривативами: как правило фьючерсы с участием «мягких валют» очень дороги, поэтому компании структурируют хеджи, защищающие только от сильных колебаний, либо наоборот – только от небольшой волатильности – в зависимости от видения казначейства. В качестве альтернативы и для хеджирования процентных ставок широко используются свопы – этот вид хеджирования обычно успешен.
Помня о вышесказанном, мы всегда придерживались мнения, что хеджи должны быть максимально просты и 100% сбалансированы по времени и валютам. При этом вертикальная интеграция и долгосрочные контракты защищают лучше, чем сложные деривативы, и уж если без них не обойтись – надо обращаться к профессиональным игрокам деривативного рынка.

- Высокая волатильность только увеличивает стоимость опционов, тем самым сокращая возможности деривативного хеджирования. Операции по хеджированию в таких условиях становятся короче. Наилучшей стратегией в такой ситуации является неполное хеджирование – защита только от больших колебаний. Такая защита существенно дешевле и больше отвечает задаче – ведь реальной задачей хеджирования является не зафиксировать цены, а исключить существенные риски – такие как большие негативные изменения цен.

- Необходимо применять здравый смысл – в зависимости от ситуации использовать разные инструменты. По сравнению с фьючерсами опционы менее затратны и рискованны, так как премия фиксирована, в отличие от маржи. Фьючерсы используются при наличии четкого мнения о перспективых ситуации на рынке. Конечно при ошибочных прогнозах возможны потери, как в случае с MG.

Свопы вообще характерны для хеджирования валютных рисков и ставок процента и используются там, где долгосрочные контракты предполагают плавающие цены. К вопросу о «настоящем моменте» – надо так же учитывать, что рынки деривативных инструментов сегодня в связи с кризисом существенно ограничены – иногда даже при желании невозможно структурировать операции в нужном объеме. Немаловажным вопросом так же является состоятельность контрагента при хеджировании – только недавно Lehman разорился, и мы не знаем, не ждет ли других агентов рынка та же участь – ведь пузырь на рынках еще не уничтожен, а лишь поддерживается искусственными вливаниями ликвидности.

- Я думаю, этот вопрос не имеет никакого отношения к хеджированию цен на нефть. Вообще же они стоят лекции – индикаторы зависят как от класса активов и рынка, так и от подхода – существует технический анализ, анализ потоков, анализ фундаментальных показателей и пр. Большинство индикаторов имеют очень ограниченный спектр применения, часто они являются лишь плодом воображения. Мы в своей практике вообще не применяем технический анализ.

- В смысле – по каким параметрам? В основном по показателю Шарпа, можно использовать индикатор Трейнора.

- Я не вижу никакой специальной ситуации. Власти США пытаются «учесть» хедж-фонды, вводя обязательную регистрацию, и ограничить их возможность использовать кредитное плечо и короткие позиции. Фактически делается попытка вернуть хедж фонды из спекулятивного кошмара в сферу, для нудж которой они, как декларировалось, создавались – инвестирования в активы и движения капитала. Фондовые рынки никак не пострадают от такого регулирования, а волатильность может уменьшиться. Я также не совсем понимаю, о каком «внедрении» на российский рынок иностранных хедж фондов идет речь. Надо не забывать, что российский рынок очень мал – всего 10% от развивающихся рынков, не более 1% от общего объема мировых рынков акций, в области облигаций – еще намного меньше. Сюда просто некуда внедряться. С другой стороны – 75% инвесторов российского рынка – иностранные. Ограничим их – и рынка не будет.

- Для хеджирования необходимы большие объемы транзакций и высокая ликвидность. Думаю, российские биржи ее еще не могут предоставить, но это дело будущего. Очень важно, чтобы российские площадки работали в связи с международными рынками, обеспечивали легкое прохождение денежных средств. Не надо так же забывать о волатильности рубля – она играет не в пользу «местного» варианта хеджирования.

Интервью подготовила Ульяна Ольховская

- Если говорить о внутреннем рынке, то пока нет. Мы торгуем на биржах МБНК и СПбМТСБ.

Хотя как раз сейчас мы внимательно смотрим на возможность проведения аукционов и продаж на внебиржевых площадках. Думаю, мы будем внимательно изучать эту сферу, смотреть. Принцип диверсификации приветствуется, поэтому мы будем рассматривать все варианты.

- В оптовом сегменте на внутреннем рынке нашими клиентами являются практически все крупные промышленные потребители, в том числе РЖД и Минобороны. При этом если говорить о дизельном топливе, то значительная его часть экспортируется ввиду отсутствия достаточного спроса на оптовом рынке РФ, в то время как бензины, наоборот, на 99% потребляются внутри страны. Стоит отметить, что кризис серьезно повлиял на потребления ДТ в России, по отдельным потребителям падение спроса составило до 40%.

- Сейчас мы вышли на максимальный объем производства для экспорта через этот порт. Максимальная возможность производства – где-то 100 тыс. тонн на Рязанском заводе и 120-130 тыс. тонн на Ярославском. То есть в период максимальной загрузки заводов получается около 250 тыс. тонн в месяц. Больше мы производить не можем физически. И все, что есть, даем на Приморск.

- Да, мы одна из немногих компаний, которая делает это на внутреннем рынке. Мы хеджируем практически все продажи. Все, что продается на внутреннем рынке по фиксированной цене, хеджируется относительно котировок Platts через брокеров – это и крупнейшие банки, и трейдерские компании. Также хеджируются практически все продажи на экспорт. Как правило, это касается переориентации направлений, если мы уходим, допустим, с северных котировок на южные котировки, данные операции требуют определенных страховок. Если мы на экспорт продаем по фиксированной цене, это также будет хеджироваться. Наша стратегия хеджирования сегодня немного ограничена, но мы планируем развивать механизмы страхования рисков, а также стараться создавать подобные инструменты на внутреннем рынке.

- Вы помните докризисную ситуацию, практически все аналитики утверждали, что цены продолжат движение вверх и могут достигнуть уровня $200/барр. Существует немного тех, кто решился на подобные операции.

- Это достаточно сложный вопрос для страны. Эта мера, конечно, направлена на создание стимулов для выработки высококачественных светлых нефтепродуктов. При этом пока нет ответа на вопрос о том, что делать с темными нефтепродуктами в случае выравнивания пошлин. Ведь большинство российских заводов производят значительную долю мазута и не имеют гибкости в увеличении глубины переработки в короткий период. Потребуются годы, чтобы провести необходимую модернизацию. Правительство, очевидно, должно стимулировать модернизацию НПЗ льготами, гарантиями по банковским кредитам. И, конечно, сразу определить более длительный, реалистичный период перехода. Кроме того, при столь коротком сроке перехода на единую пошлину может произойти снижение объемов переработки из-за невозможности реализации большого количества мазута. А это, в свою очередь, приведет к сокращению поставок светлых нефтепродуктов как на экспорт, так и на внутренний рынок и, соответственно, к росту цен на них.

- Прежде всего, государство должно сформулировать четкие критерии рыночной цены и зафиксировать данные определения в нормативных и законодательных документах, которыми затем будет оперировать ФАС. При этом стоит выделять два сегмента цены: крупнооптовая и мелкооптовая. Сегодня же в новом антимонопольном пакете законов существует риск признания даже нерыночной биржевой цены.

ТНК-ВР, как я уже говорил, придерживается диверсификации. Мы стараемся использовать максимально доступный спектр инструментов и возможных способов продажи, таких как двусторонние биржевые аукционы, односторонние аукционы на повышение. Сегодня интересно смотрится площадка eOil, привлекательно в контексте технических решений. Я не исключаю, что в ближайшее время мы можем провести определенные тестовые торги с точки зрения аукциона.

Программа хеджирования была предложена министром финансов Мексики Агустином Карстенсом. Неожиданно выгодная программа будет рассмотрена теми, кто от падения нефтяных цен пострадал, а конкретно, ОПЕК, которые в этом году заработают на 40% меньше денег на нефти, чем в прошлом.

Аналитик Эдвард Морзе (Edward Morse) из Lehman Brothers (LEH) отмечает, что в последнее время такие нестандартные экономические ситуации уже никого не удивляют. Но, по его словам, другие страны вряд ли примут успех Мексики как руководство к действию.

По официальным заявлениям, в следующем году Мексика не планирует зарабатывать деньги таким образом, так как нынешний уровень нефтяных цен вряд ли позволит заработать много денег.

Вопросы Константину были заданы зарегистрированными посетителями портала.

Мое личное мнение – создание любой товарной биржи или конкретного контракта исключительно в целях поставки базового товара является абсолютно бесперспективным. Да, можно и иногда нужно, чтобы такие контракты были поставочными, но это уже второстепенный вопрос. ГЛАВНАЯ задача любой биржи – создание инструмента прозрачного, быстрого ценообразования путем увеличения ликвидности рынка. Нужно не ломать себе голову о том, где и как Вы поставите определенную партию мазута, а думать о том, как привлечь БОЛЬШОЕ количество игроков на рынок, включая тех самых спекулянтов. Если у Вас на бирже сидит десяток крупных игроков и парочка банков, Вы не увидите большого количества дневных трейдеров на данном рынке, так как bid/offer спред им просто не позволит работать на этом рынке. Помимо этого ограниченное количество игроков может привести к манипулируемости рынка, и маленький спекулянт просто побоится туда пойти.

Самая большая проблема любой биржи – это привлечение всех участников рынка ОДНОВРЕМЕННО!!!

Для того чтобы гарантировать равноправную возможность купить физический груз по справедливой цене, не обязательно создавать целую биржу. Достаточно ввести контролируемую торговлю на тендерной основе. Биржевые контракты создаются в целях создания ликвидности и ценовой привязки, а также возможности инвестировать в данный базовый актив даже тем игрокам, которые прямого отношения к данному рынку может даже и не имеют.

Ответ смотрите в последнем вопросе.

В самом начале своей карьеры я жил в не столь прекрасном городе Хьюстоне и занимался структуризацией физических газовых сделок в компании Dynegy. В те времена мы любили шутить о том, что единственным фактором дифференциации природного газа является цена. Но если серьезно, то такая стандартизация по качеству природного газа как базового актива является очень важной причиной для успешной торговли на форвардных рынках.

Во-первых, как я уже заметил ранее, любые биржевые контракты в первую очередь должны рассматриваться как основной инструмент для четкого и прозрачного ценообразования и повышения ликвидностги за счет стандартизации базового актива, а уже только потом как инструмент физической поставки товара. WTI Crude Oil Futures контракт является поставочным, а ICE Brent беспоставочным, и оба прекрасно используются и выполняют свои функции на рынке. Поэтому лично я не понимаю, почему большинство споров и дискуссий при рассмотрении нового контракта на бирже происходит вокруг вопросов поставки товара, а не вокруг привлечения участников рынка к торговле данными контрактами.

Но вернемся к природному газу. Да, согласен, ограничение по точке поставки на биржевой контракт зачастую не удовлетворяет потребителей газа, так как им все равно необходимо организовать дальнейшую поставку на рынок, который может зависеть от их доступа к газопроводной системе и наличию транспортных мощностей. Именно поэтому на многих более развитых рынках (например, США) фьючерсные конракты создают ликвидную базу для торговли (Henry Hub или Waha – западное побережье), а весь остальной рынок оценивается и активно торгуется посредством внебиржевых базисных свопов. Поэтому на рынке США вся физическая торговля связанна с торговлей разновидностями транспортных контрактов и наличия их мощностей (прерываемые, непрерываемые и пиковые объемы). Как только такого рода сделки заключаются, участник рынка создает модель дневной прокачки газа, стараясь максимизировать использование базового, непрерываемого (и соответственного более дешевого) объема и дополнять остатки прерываемым объемом (interruptible or swing volume). Как правило, ценообразование на эти контракты привязано к биржевым котировкам и хеджирование по абсолютной цене или базисного риска осуществляется на финансовых рынках. Помимо данной схемы, очень часто используются физические свопы, когда происходит обмен товаром между контрагентами в нужных для них точках без физической транспортировки товара и с использованием базисных свопов.

В Европе ситуация часто усложняется тем, что во многих странах и во многих контрактах цена на природный газ привязана к цене на мазут или средние дистилляты, что по сути делает эти контракты нефтепродуктовыми, а не газовыми.

Возможности на самом деле все те же. Нестабильный рынок как раз и является основной причиной для хеджирования. Все зависит от профиля компании. Вы в своем вопросе назвали три разновидности компаний, у которых потенциально абсолютно разный подход к хеджированию. Как правило, у бункеровщиков основной риск лежит во временном разрыве в ценообразовании при оптовой закупке бункеровочного топлива и неравномерной розничной отгрузке товара при реализации. До тех пор пока такие компании хеджируются на ликвидных рынках с небольшой разницей между ценой на спрос и предложение, у них радикальних изменений в программе быть не должно. С АЗС вопрос особый. У них в принципе весь риск передается на окончательного потребителя. Однако на многих рынках существует так называемая ценовая задержка, но она, как правило, односторонняя и проявляется только при резком падении рынка (обратите внимание, насколько чувствительны цены на заправках к росту цен на рынке и, наоборот, при падении).

А вот с авиакомпаниями вопрос сложный. Во-первых, они являются «стратегическими, корпоративными» хеджерами и определяют ценовые уровни исполнения сделок исходя из бюджетных требований на более долгие сроки (1-3 года). Сегодня существует целый ряд проблем с хеджированием керосина. При всем том диком ажиотаже, когда цены на нефть были $110, $120, $130 и выше, многие авиакомпании были загнаны в угол и, начитавшись устрашающих отчетов о прогнозе цен на нефть в 200-250 долларов за баррель, захеджировали значительную часть своих объемов на достаточно высоком уровне. После значительного падения цен и неслыханных требований по увеличению залогового обеспечения акционеры, управленцы, да и регуляторы ищут виноватых, забывая о том, что во время исполнения сделок всем и все было понятно. Поэтому сейчас предложить хеджирование в некоторых авиакомпаниях смерти подобно. Опять во всем виноваты деривативы. Обидно, досадно, а ничего не поделаешь. Также после сильного падения календарные спреды на дистилляты очень сильно ослабели и форвардная кривая перешла в состояние сильного контанго и, несмотря на достаточно низкие спотовые цены, 1-2 годовые свопы выглядели не слишком привлекательно. Ну и наконец сумасшедшее поведение цен на рынке привело к рекордному уровню волатильности (до 70-80% !!!), что в свою очередь привело к тому, что опционные потребительские стратегии выглядели просто неприлично. Так называемый «Perfect Storm».

Что же теперь делать? Да в принципе то же, что и всегда. Предохранять свой бизнес от неблагоприятных рисков. До тех пор пока хеджеры не начнут себя вести как хеджеры, а не спекулянты, мы будем читать в газетах о «хорошо» или «плохо» захеджировавшихся компаниях. Однако я отказываюсь воспринимать данную логику, так как считаю, что до сих пор я очень «хорошо» покупал страховку на свою жизнь, несмотря на то, что цел и невредим.

В настоящий момент хеджирование фрахта является актуальной проблемой для многих компаний. Волатильность фрахтовых ставок дошла до неслыханных пределов. Хеджирование фрахта работает таким же образом, как и своп (FFA), где базовым активом является фрахтовая ставка. Самые применяемые индексы TD3 (tanker dirty Saudi – Japan, VLCC), TD5 (Nigeria – USA, Suezmax), а также TC2 (tanker clean Rotterdam – USA), TC5 (tanker clean Ras Tanura – Japan). Другие индексы тоже котируются, но ликвидность намного меньше. Хеджирование фрахта зачастую является неотменной частью просчета и хеджирования финансового арбитража на товарных рынках, когда заранее занимаются две противоположных позиции на двух географически разобщенных рынках и фиксируется фрахтовая составляющая.

Классический вопрос. Я долгое время проработал в компании BP, предлагая услуги по хеджированию американским, а в последствии российским нефтяным компаниям. И как вы догадываетесь первый вопрос, который мне задавали мои клиенты был: «А Вы хеджируетесь? Мы слышали, что нет. А зачем тогда мне предлагаете?»

Начну издалека. Как правило, существует два вида хеджеров: стратегический и тактический. Стратегический хеджер подходит к вопросу управления риском с точки зрения всей компании. Авиакомпании хеджируют свои операционные затраты на топливо, НПЗ – маржу переработки, производители – свою доходность. Как правило, объемы большие и срок сделки от 6 месяцев до 3-5 лет. Тактический хеджер, как правило, управляет риском, связанным с конкретной сделкой, контрактом или партией товара. Срок сделки 1-3 месяца.

Указанные вами компании, Юрий, как и многие другие вертикально-интегрированные компании действительно редко появляются на рынке как стратегические хеджеры. Для этого есть две основные причины. Во-первых, многие такие компании по праву считают, что они «натурально захеджированы» благодаря своей представленности на рынке от скважины до бензоколонки. Во-вторых, иногда акционеры компаний могут не согласиться с политикой хеджирования, так как их изначальная причина для инвестиции в компании такого рода – это риск и волатильность нефтяного рынка (с этим можно спорить до посинения и могу привести примеры нефтянных компаний, акции которых упали при ценах на нефть в $135). Как вы уже догадались, эти две причины немного друг другу противоречат.

Однако сказать, что все эти компании не хеджируются, тоже неверно. Практически все крупные нефтяные компании хеджируют свои определенные физические сделки и работают посредством своих иногда отдельно сформированных трейдинговых структур.

Уважаемая Ольга, я очень хотел бы с умным видом сделать заявления о моем видении мира, но, если честно, я считаю, что все прогнозы не стоят листа бумаги, на котором они написаны. Если бы я имел малейшее представление о том, что нам подарит грядуший нефтяной день, то я бы был уже где-нибудь еще и не писал бы этих строк. Сам факт, что Вы указали такой огромный разброс среди участников рынка, говорит о том, что никто понятия не имеет и стреляет вслепую. Вы только посмотрите сколько раз за последний год уважаемая мной компания Goldman Sachs изменила свои прогнозы и каков разброс цифр. Многие компании берут эти прогнозы и закладывают в финансовые модели своих проектов, не хеджируясь … вот это настоящая проблема! Еще проблема в том, что все фундаментальные показатели поменяли свою значимость. Мы все с содроганием ждем еженедельной публикации по запасам от API, чтобы потом увидеть, как рынок реагирует с точностью до наоборот. Сегодня я не вложил бы и одного доллара в стратегию по направлению. Однако я верю в то, что волатильность на рынке будет высокой еще долго.

Свое мнение о спекулянтах я уже высказал, а вот по поводу эластичности, обращу ваше внимание, что это не только функция уровня цены, но и текущей финансовой ситуации в мире. В настоящий момент и $70 за баррель может некоторым показаться дороже, чем $120 год назад. Даже американцы уже начали пересаживаться со своих грузовиков на более экономичные автомобили. Я думаю, в настоящий момент чувствительность спроса к ценам на нефть очень повышена.

Уважаемый Илья, действительно, только ленивый в прошлом году не заработал на таком неслыханном контанго! Дело дошло до того, что практически все свободные суда были зафрахтованны в целях использования как «плавающих хранилищ» (в Сингапуре корабли чуть ли ни на два километра столпились). Модель проста. До тех пор пока величина календарного спреда перекрывает стоимость хранения ПЛЮС АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ издержки (или на крайний случай средневзвешенную стоимость оборотных средтсв WACC), для вас экономически рентабельно использовать данные емкости. По поводу других стратегий, их десятки, а может и сотни. Но для примера скажу, что при сильном контанго многие НПЗ увеличивают свои нейтральные запасы при переработке и хеджируют временной разрыв, не изменяя объема производства.

Да, действительно, случается разрыв между спотовым рынком и фьючерсными котировками зачастую благодаря тому, что ценообразование на споте отличается от ценообразования на фьючерсных рынках. К сожалению, в данный момент у меня такой статистики нет (по веским причинам), но думаю будет где-то через месяц и буду рад поделиться. Скажу одно, на рынке Gasoil это расхождение еще не совсем плохое. Намного хуже выглядит внебиржевая статистика по расхождению цен между спотом и среднемесячными свопами на мазут и бензин.

P.S. Наиболее частая ошибка дизельных хеджеров на рынке, это просчет в оценке времени определения цены на физический груз и фьючерсный контракт.

Уважаемые Дмитрий и Виктор, попробую ответить на Ваши вопросы вместе. Я, конечно же, преклоняюсь перед попытками МТСБ и других ведомств в создании некой площадки для торговли нефтепродуктами на внутреннем рынке. Определенный спрос есть. Но, к сожалению, в данной ситуации спрос – это еще не все.

Как вы все наверняка знаете, все ведущие деривативные игроки смотрят на страны СНГ как на следующий перспективный рынок деривативной торговли. Но до сих пор объемы хеджирования российских компаний по сравнению с западными был абсолютно мизерный, количество исключительно товарных инвестиционных фондов мизерное (да я даже не знаю ни одного). В чем проблема? Кто до сих пор хеджировался на рынке? В основном только независимые физические трейдеры, которые вывозят товар на экспорт. Как такового потребительского хеджирования практически не существует. И я не совсем уверен, что если бы завтра у нас имелись фьчерсные контракты с привязкой к внутреннему рынку, то потребительский хеджер пришел бы на рынок. Средний уровень понимания торговли финансовыми инструментами среди корпоративных клиентов очень низкий, интерпретация существующего законодательства и налоговых последствий не ясна, кадры не подготовлены. В США практически каждый малый фермер хеджирует свой урожай зерна, а у нас часто финансовый директор компании не знает, что такое фьючерс. Это просто вопрос времени и терпения.

Пока я еще не вижу ясности в том, каков стимул прихода на биржу у каждого из приглашенных (как вы понимаете ликвидность и прозрачность не всем на руку). К каждому из потенциальных участников торгов нужен индивидуальный подход. На ближайшие сроки я особого оптимизма не испытываю, но надеюсь, что вся эта работа будет продолжаться. Даже на западных биржах 9 из 10 предлагаемых новых контрактов в конечном итоге умирают, и наши биржи должны пройти через такой же болезненный процесс. Подумайте, почему до сих пор ни на одной западной бирже нет ни одного контракта по мазуту и авиакеросин? Почему нет контрактов на европейский бензин или любой средиземноморский нефтепродукт? Объемы торгов на внебиржевых рынках, как правило, превышают биржевые объемы в 3-4 раза в основном благодаря гибкости и разнообразности внебиржевых сделок. Однако взвинченный кредитный риск и попытки некоторых бирж внедрить клиринговые механизмы для внебиржевых сделок могут поменять данное соотношение в пользу биржевой торговли.

Чем дольше я работаю с клиентами по вопросам хеджирования на товарно-сыр-евых рынках, тем больше я убеждаюсь в том, что прежде, чем разобраться в вопросах управления ценовыми рисками необходимо очень детально изучить основы финансовой торговли. Курс разработан в формате «Школа торговли деривативами» и предусматривает целый ряд торговых игр специально разработанных для обучения торговли деривативами на базе эксклюзивного интерактивного программного обеспечения TradeCruiser®. Особенность этих игр заключается в том, что во-первых большинство из них предполагают не торговлю по абсолютной цене, а торговлю спредами. Также мы предлагаем игры по торговле опционами и дельта-хеджированию опционных портфелей. Игры по динамическому хеджированию максимально приближенны к ситуациям с которыми приходится иметь дело потребителям нефтепродуктов, а игра по арбитражу и хранению предполагает изучение динамики временной структуры рынка и торговли географическими спредами. Что еще уникально для такой программы, мы достаточно детально рассматриваем то, что я называю «негламурную сторону риск-менеджмента», а точнее вопросы залогового кредитного обеспечения, переоценка открытых позиций, закрытие сделок по факту и досрочный взаиморасчет, ISDA, содание операционного департамена и финансовой отчетности и многое другое.

В общем идея проста – не просто прийти на очередной семинар, где вам будут объяснять что такое фьючерс, своп или опцион, а посмотреть, что же непосредственно маркет-мейкер делает с данными инструментами и как он себя хеджирует.

Первый московский семинар прошел с огромным успехом, и мы получили очень много позитивных отзывов даже от тех кто достаточно давно занимается деривативами. Ближайшие запланированные мероприятия – Школа Трейдеров в Женеве 19 мая, в Дубаи 1 июня, в Лондоне 7 июля и в Сингапуре 21 июля. Кроме того, в Лондоне 17 июня состоится эксклюзивный трейнинг для авиакомпаний. Также запланировано повторение семинара в Москве и в Турции осенью.

Для тех, кому интересно посмотреть наш предварительный тест для оценку уровня знаний: можете поупражняться, зайдя по этой ссылке (на русском или английском).
http://www.vostockcapital.com/ru/activity/coming/event/for_102.html
http://www.vostockcapital.com/en/activity/coming/event/for_102.html
Кому интересно, ответы скину отдельно .

Один из участников, вице-президент компании Wood Mackenzie Бен Холт, после завершения своего выступления согласился ответить на вопросы Oil.Эксперт.

– Мы показываем компаниям возможности работы для минимизации рисков на рынке. Так, сегодня мы наблюдаем состояние «контанго» – цены спот ниже форвардных цен. В этой ситуации оптимально использовать хранилища нефтепродуктов для торговли с учетом времени.

Трейдеры могут одновременно покупать на рынке спот и продавать фьючерсы, фиксируя прибыль, если дисконт на рынке спот превышает затраты на хранение, стоимость оборотных средств и т.д..

«Контанго» на большинстве нефтяных рынков сохраняется уже довольно длительное время, поэтому используется большинство наземных и значительная часть плавучих нефтехранилищ.

- Любая компания может воспользоваться хеджированием, и компании такие возможности ищут постоянно. Однако государственные контролирующие органы далеко не всегда благосклонны к таким механизмам как фьючерсы и свопы.
У меня нет точной информации том, смогли ли российские компании эффективно использовать хеджирование в названный период. Если использовали, то эти данные должны содержаться в их бухгалтерской отчетности.

– Сегодня на рынке уже отмечен подъем цен. Точка зрения компании Wood Mackenzie: до конца года цены могут подняться еще несколько выше, но не сильно. Для того, чтобы вернуться на уровень цен $70-80 за баррель, который хотели бы увидеть некоторые участники рынка, в том числе страны ОПЕК, потребуется не меньше, чем 2-3 года. Уровень спроса на нефть и нефтепродукты до сих пор слишком низок, мы видим сигналы того, что рынок еще не готов вернуться к прежнему уровню.

– Я считаю, что основную роль на рынке все же играет баланс спроса и предложения, несмотря на наличие таких прогнозов. Влияние финансовых факторов на цены конечно велико, но оно не является исключительным.

– Действительно, спрос на малосернистую нефть и малосернистые нефтепродукты растет. В то же время в ситуации низкого мирового спроса появилось больше свободных мощностей НПЗ, способных перерабатывать нефть такого качества, как российская. Поэтому ценовые премии на рынке по более качественным сортам нефти не будут столь высоки, как это было бы при высоком спросе на топливо.
Конечно, в долгосрочной перспективе спрос на малосернистые нефтепродукты будет расти. В этой связи я бы рекомендовал российским НПЗ работать в направлении повышения качества топлива.

– Российская нефть играет важную роль на мировом рынке, логично стремление вашей страны искать новые инструменты для управления ценовыми рисками. И все же, думаю, что пока инструменты, которые устраивали бы всех участников рынка, еще не найдены – над этим надо работать. Выбор будет осуществляться как среди российских, так и среди международных инструментов, роль старых и новых инструментов будет более ясна только со временем.

— Я думаю, спекулятивный пузырь уже «сдулся». Теперь определяющим фактором является снижение спроса, обусловленное мировым спадом. К примеру, по данным Международного энергетического агентства, за ноябрь 2008 в Японии потребление нефти сократилось на 17 %; в Южной Корее – на 12%; в Соединенных Штатах сокращение уровня потребления нефтепродуктов составило около 10%.  Низкий уровень цен, естественно,  выгоден в первую очередь странам-потребителям, которые выигрывают от удешевления нефти и нефтепродуктов.

— С одной стороны, ОПЕК просто не успевает за падением спроса. С другой, весьма сомнительно, что все члены картеля будут соблюдать принятые ограничения, как часто бывало на практике ранее. Поэтому говорить об эффективности действий ОПЕК сегодня можно с большой натяжкой.

— Смотря какой фондовый рынок иметь в виду. Если наш, то связь очевидна - цены на нефть идут вниз, стало быть, и индексы ММВБ и РТС в этом же направлении, причем нефть почти всегда первична. Если мы говорим об индексах стран-членов Международного энергетического агентства, то многое может зависеть от фазы экономического цикла. Если экономика находится в стадии роста, то растущий индекс тянет за собой цены на нефть; если экономика балансирует на грани спада, то падающая нефть может поддержать индекс, а растущая -  его обвалить; и наконец, в момент рецессии оба индикатора обычно параллельно снижаются.

— На мой взгляд, хеджироваться надо всегда, когда это позволяют вам делать рынок и ваши возможности финансировать соответствующие операции.

— К сожалению, у меня нет на эту тему адекватной информации. Могу сказать только одно: когда та или иная компания не хеджирует рыночные риски, это еще не значит, что там не знают, как и где заключать соответствующие сделки. Скорее всего, финдиректор или бухгалтер просто не знают, как исчислить надлежащим образом налогооблагаемую базу и провести соответствующие сделки по балансу. Либо, что более вероятно, ошибочно полагают, что им это не позволяет делать действующее российское законодательство.

— Современная система ценообразования базируется на биржевой торговле нефтью и нефтепродуктами, обслуживаемая в основном тремя центрами: Нью-Йорк – NYMEX,   Лондон  – IPE, Сингапур – SIMEX. Цены устанавливаются в результате конкурентной борьбы огромного числа игроков по жестко регламентированной и прозрачной процедуре. 
В значительной мере на ценообразование влияют крупные информационные агентства, специализирующиеся на энергетических рынках – Platt’s и Argus. В основе их деятельности лежит сбор ценовой информации по совершенным сделкам с физическими энергоресурсами на всех ликвидных базисах мира.

Можно выделить 4 основных группы факторов, влияющих на конъюнктуру цен мирового рынка нефти и нефтепродуктов:
-спрос и предложение;
-биржевые механизмы ценообразования и управления рисками;
-политические факторы стран-экспортеров и импортеров;
-погода.

Основным фактором, оказывающим влияние на состояние внутреннего рынка России, является уровень мировых цен на нефть и нефтепродукты.
Несмотря на достаточно активное участие наших компаний в мировой торговле нефтью, они практически не имеют влияния на процесс ее ценообразования. Отсутствие в России полноценного рынка контрактов на нефть и нефтепродукты не позволяет определять реальные ценовые ориентиры, опирающиеся на ожидания самого рынка. На мировых нефтяных биржах прерогатива в формировании цен принадлежит более крупным игрокам, которые их и создали.

Формирование в России биржевого рынка нефти и нефтепродуктов позволит решить задачи выявления экономически обоснованного уровня цен на внутреннем рынке, что будет способствовать комплексному развитию организованного рынка энергоресурсов в Российской Федерации.

— На мой взгляд, во многом виновата политика США в отношении низкой процентной ставки, что обусловило спекулятивный разогрев всех сырьевых рынков. Колоссальный спекулятивный капитал хедж-фондов и крупнейших инвестиционных банков исказил реальный спрос на энергоносители.

В последние годы цены на сырье имели довольно сильную привязку к динамике доллара, но сейчас тенденция изменилась, и главным фактором ценообразования для нефти стал американский фондовый рынок – цены на нефть постепенно синхронизировали свое движение с индексом S&P. Главным катализатором движения становятся новости о состоянии мировой экономики. Очевидным образом при резком снижении темпов экономического роста и наступлении рецессии спрос на энергоресурсы падает, так же резко падают и цены.

— Пожалуй, самый сложный вопрос для ёмкого ответа. Постараюсь отразить главные отличия. Вопреки сформировавшимся представлениям о роли товарной биржи как о месте, где осуществляется торговля реальным товаром, на современном этапе развития она является рынком риска, связанного с товаром. На бирже осуществляется перераспределение рисков от участников товарного рынка в сторону финансовых спекулянтов (в хорошем смысле этого слова). Главным смыслом существования биржевого товарного рынка является необходимость хеджирования рисков.

Преимуществами биржевых инструментов является высокая ликвидность, низкие расходы на совершение сделок, высокая надежность,  доступность из любой точки планеты, четкие правила, информационная прозрачность торгов.
К недостаткам биржи можно отнести базисный риск, который связан с возможностью недостаточной корреляции срочного рынка и рынка реальных поставок. Биржевые контракты не всегда совпадают со специфическими обязательствами реальных поставок (по объему сделки, по качеству товара, по времени поставки). Однако базисный риск, как правило, меньше ценового.

К достоинствам внебиржевых инструментов можно отнести возможность максимального учета требований конкретного клиента к типу товара, размеру партии и условиям реальной поставки. Однако необходимо отметить и недостатки: фиксация условий сделки на продолжительный период времени лишает участника возможности маневра при изменении конъюнктуры рынка в период действия заключенной сделки, относительная непрозрачность реализации своп-сделок, определенные трудности выхода из свопа или форвардного соглашения, системный риск, связанный с надежностью выбранного контрагента.

— Считаю, что ничего невозможного нет. Рано или поздно такой рынок в России обязательно появится. Как говорил мой хороший приятель: «это неизбежно как восход солнца». Можно привести еще много актуальных поговорок, но основной смысл заключается в том, что если пытаться создать рынок, то рано или поздно он появится. Правительство страны, начиная с 1992 года, неоднократно предпринимало попытки повлиять на ситуацию, но только сегодня можно говорить о том, что созданы реальные предпосылки для появления рынка, о чем я расскажу ниже.

Многим из посетителей сайта наверняка известно о проектах РТС по созданию фьючерсных контрактов на нефть и нефтепродукты. Как один из основных участников этих проектов, не без гордости, хочу отметить, что контракты востребованы и демонстрируют неплохую ликвидность. При желании их можно использовать в целях хеджирования на внутреннем рынке.  Параллельно развиваются проекты Биржи Санкт-Петербург, МБНК, электронная площадка ОАО НК «Газпромнефть». Отдельного внимания заслуживает электронная торговая площадка eOil, на базе которой стремительно развивается цивилизованный внебиржевой рынок нефтепродуктов. Я давно и с большим вниманием слежу за успехами этого проекта. Тем не менее, до использования ценовых индикаторов, создаваемых на базе этой платформы, в целях долгосрочных контрактов должно пройти значительное время и затрачено немало усилий.

Убежден, что базой для развития инструментов срочного рынка нефти и нефтепродуктов должен стать организованный спот-рынок. Именно на базе реальных и регулярных сделок с товаром можно создать репрезентативные ценовые индикаторы, которые, в свою очередь, будут базой для фьючерсных контрактов.

Прекрасно отдаю себе отчет, что в условиях олигополии на рынках нефти и нефтепродуктов России довольно сложно рассуждать о появлении прозрачного биржевого механизма, он просто не нужен крупным участникам этого рынка. Без воли государства в лице Правительства и крупных государственных корпораций, инфраструктурных естественных монополий рынок создать не удастся. Учитывая специфику хозяйственной модели государства, создание рынка должно пройти со значительным административным воздействием на участников рынка, как в свое время создавался валютный рынок на ММВБ, я имею в виду обязательную реализацию валютной выручки на бирже.

Понимая эти условия, Правительством было принято решение о создании новой биржи – ЗАО «СПбМТСБ», на базе которой в настоящее время реализован механизм финансового и товарного клиринга, создана торговая платформа, разработаны правила биржевых торгов и спецификации контрактов. По мере развития данной площадки, будет увеличиваться объем сделок с реальным товаром, расширится перечень торгуемых активов, что приведет к появлению ликвидного биржевого рынка товаров, а также повышению прозрачности и обоснованности ценообразования.

Что касается сроков, то по моей оценке к концу года удастся сформировать организованный биржевой спот рынок нефти и нефтепродуктов, а создание производных инструментов начнется в следующем.

— Работа по долгосрочным контрактам с формульным ценообразованием – общепринятая мировая практика. Крупные российские нефтяные компании и трейдеры также используют эту практику во внешнеэкономической деятельности. Есть примеры использования формул и при работе на внутреннем рынке. К сожалению, несмотря на усилия российских информационных агентств, собственных репрезентативных индикаторов в России пока не создано, и в основе ценообразования лежат западные биржевые и внебиржевые индикаторы.

— Близость цен на нефть к средней себестоимости добычи не является в текущей ситуации гарантом роста цен. Тем не менее, считаю, что на уровне $40 за баррель находится серьезная фундаментальная поддержка. Технически цены могут опуститься до $25, поскольку рынком сейчас в большей степени управляют спекулянты, но наличие подобной фундаментальной поддержки говорит о том, что даже если цены и опустятся, то это будет ненадолго.

С учетом тенденции к истощению запасов нефти, роста себестоимости добычи на глубоководном морском шельфе, а так же сворачивания инвестиций в альтернативные источники энергии, в среднесрочной перспективе ожидаю восходящий ценовой тренд. К концу года цены вполне могут стабилизироваться на уровне $70.